На голову Новини Нам придётся увольнять людей. «Самопоміч» рассказала, к чему готовиться украинцам

Нам придётся увольнять людей. «Самопоміч» рассказала, к чему готовиться украинцам

51
0

Предвыборный штаб «Самопомощи» размещён не в самом центре столицы, однако оказался довольно обширным, со свежим ремонтом и элитным ковровым покрытием в основном пресс-зале. Как бы там ни было, фуршет был приятно скромным, гораздо больше внимания в ночь подведения итогов выборов в «Самопомощи» уделили разговорам о реформировании страны, чем еде.

 Предвыборный штаб «Самопомощи» размещён не в самом центре столицы, однако оказался довольно обширным, со свежим ремонтом и элитным ковровым покрытием в основном пресс-зале. Как бы там ни было, фуршет был приятно скромным, гораздо больше внимания в ночь подведения итогов выборов в «Самопомощи» уделили разговорам о реформировании страны, чем еде.

 

Алкоголя же почти не было. Несколько бутылок шампанского, к которым в основном притрагивались даже не победители гонки, а их гости, да комбаты зазывали товарищей по партии на праздничные пятьдесят грамм — вот и всё.

 

Радостные кандидаты от ''Самопомощи'' ожидают оглашения результатов экзит-пола в 20:00 26 октября. Слева направо: Семён Семенченко, Анна Гопко, Егор Соболев и Алексей Скрыпник (фото FaceNews)

Радостные кандидаты от "Самопомощи" ожидают оглашения результатов экзит-полла в 20:00 26 октября. Слева направо: Семён Семенченко, Анна Гопко, Егор Соболев и Алексей Скрыпник (фото FaceNews)

 

Много говорили на пресс-конференциях Анна Гопко и Егор Соболев, мэр Львова Андрей Садовый оказался крайне краток, ограничившись несколькими предложениями — спешил на прямой эфир. В кулуарах же основной актив партии охотно шёл на контакт. Для интервью я выбрала загадочного представителя батальона «Донбасс», который, в отличие от подавляющего большинства участников АТО, идущих в политику, ходил в повседневном костюме, а не в камуфляже.

 

Актив киевской общественной организации ''Самопомощи'' ожидает результатов выборов вместе с кандидатами в депутаты в комнате отдыха штаба политсилы. На столах - только фрукты и кофе (фото FaceNews)

Актив киевской общественной организации "Самопомощи" ожидает результатов выборов вместе с кандидатами в депутаты в комнате отдыха штаба политсилы. На столах – только фрукты и кофе (фото FaceNews)

 

Члены вашей политсилы разными словами и разными действиями много раз повторяли: возьми и сделай.
Ярослав Маркевич, 14-й номер списка политсилы: Да, эти все 350 человек из батальона «Донбасс» взяли и сделали.

 

Ярослав Маркевич, кандидат от партии ''Самопомич'', баллотировался под 14-м номером в списке (фото FaceNews)

Ярослав Маркевич, кандидат от партии "Самопомич", №14 в списке (фото FaceNews)

 

FN: …в том числе, члены партии сообщили, что не обещали людям повышения пенсий, вместо этого говорили, что нам вместе надо будет добиваться изменений. К тому же, у вас в проходной части списка много IT-специалистов. Вопрос такой: вы используете электронные инструменты для включения граждан в деятельность вашей партии? Для принятия решений. Чтобы каждый желающий мог вместе с вами брать и делать.

ЯМ: У нас есть не просто айтишники — у нас есть целая data-group, которая специализируется, во-первых, на обработке больших объёмов информации, и поэтому они могут реализовать отличные предложения по электронному правительству, и вообще мы можем убрать бумагооборот в любой сфере, и мы готовы это сделать. Другое дело, что пока чиновники не готовы, им это не выгодно. Ну и там требуется, как оказалось, серьёзные изменения в законодательстве. Потому что и подзаконных актов за это время много наработано, и придётся покопаться в бумажках. Это нетривиально, но решаемо. Да, мы очень этого хотим. Например, мы рассчитываем некоторые отрасли за счёт автоматизации процесса просто ликвидировать, как класс.

 

FN: Например? Это ведь вопрос о том, кто будет уволен.

 

ЯМ: Я лично точу зубы очень серьёзно на ГАИ. Моя личная идея — на 95% убрать человеческий фактор за счёт фотофиксации. За счёт оборудования и программного обеспечения, которое будет выполнять всю работу.
«Технические моменты в решении коммуникационных проблем в наше время не стоят на первом месте»

 

FN: Электронное правительство — это один вопрос, а другой — возможность для рядовых граждан не только ознакомляться с решениями партии, но и отправлять информацию в обратном порядке, то есть, влиять на решения, которые вы будете принимать. Будете ли вы вводить какие-то механизмы, чтобы люди могли комментировать, предлагать, включаться в процесс, возможно, какие-то эксперты найдутся таким образом, которые с вами пока не знакомы?

ЯМ: Это уже происходит, на самом деле. Какие-то вещи мы делаем ногами, а какие-то — большими онлайн-конференциями, в которых подключено одновременно 20 городов, и они могут общаться все вместе, совершенно спокойно. При этом ведётся протокол, как аудиовизуальный, так и текстовый. На самом деле, технические моменты при решении коммуникационных проблем в то время, когда мы живём — я не имею в виду проблему рака, но в случае коммуникации — технические проблемы не стоят на первом месте. На первом месте стоят люди, которые принимают решение взять и сделать. Вот как только у нас их появится много, то технические решения в ту же минуту придут на помощь.

FN: То есть, внутри партии вы используете все эти технические вещи?

 

ЯМ: Конечно.

 

 В «Самопомощи» царит консенсус. Так получилось

.

FN: А как у вас принимаются решения? Есть более важные и менее важные голоса у тех или иных людей, начальники, Садовый там или Гопко, или большинство?

ЯМ: Нет, у нас начальников нет. У нас всё обсуждается, и везде принимаются решения консенсусом.

 

FN: Консенсусом? То есть, если есть несогласные внутри партии…

 

ЯМ: Вы знаете, это очень хороший вопрос. Нам ещё не удалось столкнуться с тем, чтобы мы были все друг с другом несогласны. Понимаете, подобрались люди так хорошо, что мы в целом понимаем, чего мы хотим. Первое разногласие, которое мне встретилось — оно было вчера, когда мы думали, что мы говорим по поводу меседжей, что важно для каждого из нас в Верховной Раде. И каждый выдвигал свои предложения, что важно. Например, для меня очень важно как можно быстрее принять закон о выборах по открытым спискам. Несмотря на то, что выборы вот уже прошли, но я считаю, что это очень важный момент, и его нужно вот прямо сейчас сделать, чтобы следующий парламент — не важно, как дела пойдут у этой Рады, буду я, не буду, но важно, чтобы следующая была лучше нашей. Это очень важно. Мы обязаны просто, это одна из наших обязанностей — вывести на другой уровень выборы. Чтобы был спор идей, а не мажоритарщиков.
Так вот, у нас на тему этих наших приоритетов возникла первая дискуссия. Так мы спокойно решили, что все вопросы важны. Каждый проговорил свою позицию, и мы со всеми согласились, и приняли решение: каждый пусть говорит, что он считает крайне важным, потому что мы со всем этим согласны. Мы решили не выбирать номер один, потому что я был согласен и с Егором Соболевым, и мы, безусловно, будем вместе двигать его предложения, и он с моими был согласен. Мы приняли решение, что у нас не будет слова номер один, хотя изначально была идея, что мы должны сказать первую вещь, которую мы сделаем, как только переступим через порог. Приняли решение, что у нас этих вещей есть определённое количество. Мы не маленькие дети, мы пришли уже с определённым бэкграундом, каждый принёс с собой рюкзак идей.

 

«Децентрализация принесёт много забот территориальным громадам»

FN: А как насчёт включения большего количества граждан в процесс принятия решений вашей партией? У вас прекрасный инклюзивный процесс — внутри вашей силы. А как же дать возможность тем, кто вне, брать и делать?

ЯМ: Очень серьёзный кластер децентрализации связан с местным самоуправлением и принесёт очень много забот территориальным громадам. Потому что на местах отдаётся очень много полномочий. Возрастает роль депутатов местного совета, возрастает роль территориальной громады, и это роль в том числе и контролирующая. Будет большое количество и общественных слушаний, и согласований чиновников с территориальной громадой, на ареале проживания которой будут реализовываться эти решения. Если громада не захочет финансировать решения чиновника или депутата, то у тех ничего не получится.

 

FN: Территориальная громада — это что имеется в виду? Кто угодно может принимать участие, кто там живёт, или какие-то избранные?

 

ЯМ: Конечно, кто угодно. В том-то и дело. Здесь даже в какой-то степени возникает конкуренция между депутатами и активными представителями территориальных громад. Потому что по-хорошему, хороший депутат должен быть активным представителем территориальной громады. Но может и не быть. А функции контроля за громадой остаются. Не только контроль, но и инициирование. Опять же, голосовать больше придётся. Потому что если мы оставляем много денег на уровне районов, сельсоветов, то мы должны оставить там и контроль. А контроль не может быть, когда у нас верхушка, тот же судья, беспокоится о том, что о нём подумают в Киеве. Он должен беспокоиться о том, что у него выборы здесь через год, вот что важно. Поэтому выборы судьи местного и выборы местного милиционера, или полицейского, или шерифа — как хотите, называйте.

 

«После открытого обсуждения списка партии несколько человек добровольно ушли из первой двадцатки»

 

 

FN: Однако вернёмся к общегосударственному уровню власти. Что вы имеете в виду под «открытыми списками»? Их ведь публикуют на сайте ЦИК в обязательном порядке в определённый момент…

 

ЯМ: Тут будет очень сложная дискуссия о том, как юридически закрепить открытые списки. Как мы поступили в рамках действующего законодательства: когда была конференция, на которую выдвигался список, мы его огласили, конференцию не закрыли, и пригласили журналистов и любых людей обсуждать этот список и выдвигать свои предложения по нему. И через неделю мы встретились опять, не закрывая нашу конференцию. У нас был минус один или два в двадцатке. Спасибо им огромное, они взяли самоотвод, и тем самым показали хороший уровень политической культуры, который мы как раз пытаемся построить. После этого мы проголосовали, закрыли и подали в Центральную избирательную комиссию. Но вообще по открытым спискам есть несколько подходов, я сейчас не буду в них углубляться, но важен такой принцип: избиратель должен иметь возможность влиять на составление списка. Сейчас я считаю, что это одна из основополагающих вещей для формирования нового государства.

 

FN: Когда вы ожидаете, что можно будет ввести электронный документооборот в парламенте или в одном из министерств?

 

ЯМ: Мне сложно сказать. Я, например, думал, что электронная система Рады, учёта голосов и прочего представляет собой серьёзный, наукоёмкий механизм. Оказалось, что всё аналоговое и очень простое. Её, по-моему, вообще невозможно технически совершенствовать. Что именно совершенствовать в печатной машинке? Предложите. Не знаю. Поэтому там всё не так просто. К сожалению. Но технические возможности есть. Это просто воля, насколько мы все сможем объяснить, насколько нам всем нужна открытость.
«Нам придётся увольнять людей»

 

FN: Но ведь некоторому количеству из тех, кто в Раду прошёл, она не нужна. Что будете с этим делать?

ЯМ: Безусловно. Поэтому и нужны были открытые списки.

FN: Да, но прошли разные люди.

ЯМ: Сейчас будет очень сложная ситуация, к тому же, у нас мало времени, и нам нужно принимать непопулярные решения.

FN: Например?

ЯМ: Ну, нам придётся увольнять людей.

FN: Так а что с уволенными людьми делать?

ЯМ: Переквалификация. И мы очень рассчитываем на то, что наши предложения по либерализации и по облегчению предпринимательской деятельности и предпринимательской среды позволит сформировать из этих людей просто новых предпринимателей, например.

FN: То есть, ваше предложение уволить часть аппарата государственного включает создание условий для них, чтобы они могли стать предпринимателями?

ЯМ: Конечно. Или для бизнеса создать условия, чтобы они смогли больше нанять людей.
Налоги от предпринимательства станут оставлять на местном уровне

 

FN: Какие это будут условия?

ЯМ: У нас целый перечень предложений. На самом деле, я ещё хочу сказать, что в данной ситуации более важно, что характеризует наш подход вообще к предпринимательству. Одна из норм, которую мы планируем утвердить, это оставлять часть прибыли территориальным громадам. Сейчас городу нет смысла помогать местным предпринимателям. Идёт мэр по городу, видит кафе. Ему всё равно — прибыльное оно, или нет, есть оно, или нет, потому что он получает прибыль только от коммунальных предприятий. Соответственно, ему важно, чтобы как можно дороже это кафе купило услуги его коммунальных предприятий, а дальше — хоть трава не расти, потому что ему всё равно.

А если мы оставляем ему прибыль от этой кафешки, заинтересован он в том, чтобы она работала? Заинтересован. Если мы ему оставляем прибыль, то будет он заинтересован, когда компания «Гугл» скажет, что хочет открыть здесь свой офис, побежать к компании «Гугл» и сказать: приезжайте к нам, я вам бесплатно проведу воду, то-сё, предоставлю здание, главное оставайтесь и работайте у меня в городе. Конечно он будет заинтересован. И он сделает нормальную дорогу, если предприниматель ему пообещает в таком случае заводик возродить. И город будет получать долю прибыли. Вот такое развитие предпринимательства нам нужно. А с айтишниками, кстати, всё ещё проще. Вы знаете, спросите у любого айтишника: здравствуйте, я государственныы»й чиновник чем вам помочь? Знаете, что они в первую очередь скажут? Не мешайте!

 

«Относительно краеугольных камней мы очень консервативн

 

FN: Хорошо. Так нужно, что ли, стремиться к тому, чтобы вообще не существовало государства? А как такие сферы, как социальная помощь, образование?

ЯМ: Относительно краеугольных камней мы очень консервативны. Потому что это важно. Стратегические объекты и стратегические направления — они должны быть в государственной собственности. Это очень важно. Всё остальное — мы очень либеральны и за свободное движение предпринимательства и за свободную конкуренцию. Но у нас есть несколько важных моментов, и один из них — то, что мы за свободный рынок земли, но земля должна принадлежать только украинцам. Только гражданам страны. Никакой иностранной собственности. А в остальном — пожалуйста.

FN: Оксана Сыроид, четвёртый номер в вашем списке, так и не ответила мне на вопрос: откуда возьмутся деньги для того, чтоб повысить зарплаты учителям и медработникам?

 

ЯМ: Ниоткуда.

 

FN: То есть, не повысятся?

 

ЯМ: Если мы не поднимем экономику, то они не повысятся. Инвестиционный климат, много бизнеса, который будет платить налоги — тогда подымем. Общий смысл состоит в том, что те задачи, которые может решить локальная громада, она должна решать, и ей для этого остаются налоги. Но, грубо говоря, весь военно-промышленный комплекс, внешнеэкономические связи, Министерство иностранных дел — это, понятное дело, всеукраинский уровень, всё остальное — местный уровень, и мы планируем сильно сократить госаппарат поэтому, мы очень хотим это сделать, и за счёт освободившихся денег увеличить зарплату оставшимся. Это очень важно. Мы хотим, чтобы чиновникам хорошо платили. Иначе это бессмысленно. Бессмысленно участковому давать в руки пистолет и 1200 гривен.

FN: Ну почему же, есть смысл. Давать ему возможность манипулировать своими обязанностями. Тогда и им тоже можно манипулировать.
ЯМ: Но нас такие манипуляции не устраивают. Это не наш уровень.

«У наших избирателей завышенные ожидания, которым будет тяжело соответствовать»

 

FN: А как насчёт культуры и образования?

 

ЯМ: Вот с образованием у нас минимальные сокращения, максимальные увеличения. Это обычная статистика: все успешные государства имеют №1 по вкладам в образование. Нечего выдумывать велосипед. Это то, что называется: если берёшь за вот это, тянешь, то получаешь такой-то результат. Простой ответ. Деньги — это будет основная проблема в этом случае. Деньги возьмутся только из экономики, по-другому не будет. Ох, у нас тут шампанское, конечно, открывают, но мы не самые радостные парни сегодня на деревне.

 

FN: Почему?

 

ЯМ: Потому что мы понимаем, что будет завтра. Будет несколько вещей. Во-первых, нам придётся принимать тяжёлые законы, некоторые из которых будут непопулярными. Второе, нам придётся объяснить большому количеству людей, что либо они работают, либо им не платят. Третье, мы беспокоимся: несмотря на то, что мы не занимались популизмом и не обещали того, что мы не можем выполнить, всё равно люди, которые голосовали за нас, имеют завышенные ожидания, и соответствовать им будет очень тяжело.

«Громады должны интересоваться информацией о местных чиновниках и заявлять им о своей точке зрения, иначе изменений не будет»

 

FN: Как вас могут поддержать ваши избиратели, которые готовы вместе с вами брать и делать, в этой сложной ситуации?

 

ЯМ: Мы очень на них рассчитываем. Первое, что нам очень от них нужно — это помочь нам в люстрации. Без людей, без большого количества участников люстрационных действий всё это завязнет, потому что чиновники сопротивляются и будут сопротивляться. Смотрите, даже в простом действии: после подписания президентом закона он, по-моему, пять или шесть дней ехал до редакции газеты «Урядовий кур’єр». А закон вступает в силу только после публикации в газете. Я уже здесь предлагал сброситься по рублю курьеру на такси из Администрации президента. Так это что? Это цветочки. Представляете, воля президента, он уже подписал… Это же не президент сказал: я подпишу, а вы, сколько можете подержать, подержите. Я не думаю, что президент решал такую мелочь. Нет, это чиновники под ним подумали: слушай, блин, это гадость какая-то, давай подержим, сколько можем. А вдруг забудут.

 

Ещё мы рассчитываем на активность другого рода. На местах будет много открытой информации. Но просто открытая информация, если её никто не потребляет, никто ею не интересуется — она и останется открытой. Открытая информация о том, что чиновник планирует то-то и то-то. Если громада не пришла и не сказала: минуточку, а мы не хотим, чтобы вы ремонтировали здесь светофор, а хотим, чтобы вы там покрасили забор, потому что это важнее, считает территориальная громада — если никто этого не скажет, то будет так, как решил чиновник. А решил он по-хорошему, или, ммм, да… О (читает смс): «Самопомощь» победила на избирательных участках в Москве.

 

FN: Поздравляю.

ЯМ: Я даже не знаю, что по этому поводу сказать. Так вот, люди должны читать это всё, видеть, интересоваться и приходить. Я был бы счастлив сказать, что: родные мои, вы нам поверили — всё, мы крест на пузе жёлтой краской выполним, всё, отдыхайте, вы своё важное дело сделали — теперь мы, засучив рукава. Нет, к сожалению, этого не будет. Только нам одним недостаточно засучить рукава. Проблемы настолько глубоки в стране, что мы сами не справимся. Однозначно не справимся. Да вся Верховная Рада не справится. Тем более, к сожалению, я не могу говорить про всю Верховную Раду. Та часть, которая с нами будет сотрудничать — и та не справится. Не могу сказать, что вся Верховная Рада с нами будет сотрудничать. Но следующая, если мы сделаем всё правильно, уже будет хорошая.
«Вопрос депутатской неприкосновенности — актёр третьего плана»

 

 

FN: Вы будете снимать с себя депутатскую неприкосновенность?

ЯМ: Я надеюсь.

FN: Механизм каков этого?

ЯМ: Я не представляю. Поймите правильно. По поводу депутатской неприкосновенности: для меня этот момент не является первоочередным. Давайте её снимем, ради бога. Не то чтобы я считаю, что её не надо снимать — я просто вообще не вижу здесь вопроса. Там есть какой-то процесс, его нужно начать и сделать. Ситуация в том, что в настоящий момент этот процесс — актёр второго или даже третьего плана, которому нужно просто выполнить свою роль и торжественно её завершить, и получить свой «Оскар» в конце. Но проблемы с войной, проблемы в экономике требуют серьёзного решения, и их нельзя будет, к сожалению, за 15 минут решить. Чтобы потом заняться спокойно чем-то ещё. Нам с одной люстрацией мучиться и мучиться.
 

После беседы с представителем батальона «Донбасс», который оказался совсем не комбатом, а предпринимателем-инноватором, ещё некоторое время вопрошала у будущих народных депутатов, кто у них в политсиле отвечает за вопросы культуры. Маркевич пояснил: не будет освещать культурную и информационную политику партии, потому что не отвечает за это направление. И продолжил: «Мы собрали в своё объединение экспертов из всех сфер жизни нашей страны. Единственное, я не знаю, кто у нас за культуру отвечает. И это печально. Вы представляете, печаль состоит в том, что сейчас вы подняли вопрос, и я понял, что за всё время, что я объездил практически все областные центры для встреч с избирателями — и я понимаю, что нам ни разу не задали вопрос о культуре. Настолько огромное количество других забот, и материальных, и безопасность, и война, и всё остальное, что на какой-то момент культура выпала из нашего словарного запаса».

 

Кандидаты от ''Самопомощи'' Павел Кышкар, Виктория Пташнык, Виктор Кривенко и Александр Данченко (фото FaceNews)

Кандидаты от «Самопомощи» Павел Кышкар, Виктория Пташнык, Виктор Кривенко и Александр Данченко (фото FaceNews)

 

В поисках набрела на кандидатов №3 Алексея Скрыпника, №5 Виктора Кривенко, №9 Александра Данченко. Спрашиваю: есть ли человек в партии, отвечающий за вопросы культуры? Присутствующие предложили: вот, Данченко, например. Александр Данченко на мои вопросы ответил, демонстрируя отсутствие компетенции и эрудиции в вопросах культурной политики. Например, что проблема Украины в том, что мы забыли свои традиции, тогда как сам Данченко является представителем такой нетрадиционной профессии, как IT-специалист, и экономику предлагает переориентировать на знания вместо экспорта сырья. Говорю: ведь для Украины традиционно экспортировать сырьё или продукты питания, а Данченко в ответ: нет, мол, ещё в XVIII веке мы славились экспортом… молока и масла. В общем, кандидат оказался очередным примером того, как люди решают, что нужно быть специалистом для реформирования любой области, кроме области культуры. Как бы там ни было, странные ответы спишем на усталость после важного дня, к тому же, мне был обещан комментарий на тему от другого будущего нардепа от «Самопомощи». Но это — уже как-нибудь в другой раз.

 

Источник: FaceNews

 

 

НАПИСАТИ ВІДПОВІДЬ

введіть свій коментар!
введіть тут своє ім'я